Является ли волатильность риском?


Я не согласен с большинством людей в инвестиционной отрасли, которых я уважаю, насчет волатильности. Это некомфортная ситуация, придерживаться точки зрения, противоположной, чем у тех людей, более умных, чем вы, редко является разумным выбором. Тем не менее, я продолжу.


Большинство из вышеупомянутых инвесторов в какой-то момент заявили, что: “волатильность не является риском”. Это, конечно, правильно; риск — это многогранное понятие, и его невозможно точно измерить, несмотря на это неявное (иногда явное) развитие этой темы заключается в том, что волатильность вообще не является действительной мерой риска. Я не думаю, что это правильно.


За отрицанием волатильности как меры риска часто следует замечание о том, что единственным реальным риском является: ”необратимое обесценивание капитала». Эта точка зрения предполагает, что риск основан на вероятности того, что фундаментальная стоимость инвестиции станет меньше, чем вы заплатили за нее. Проблема здесь заключается в том, что предполагается, что необратимое обесценивание капитала касается исключительно актива, а не инвестора, и что изменение цены актива во времени не имеет значения.


С психологической точки зрения волатильность и необратимое обесценивание капитала неразрывно связаны. Я бы предположил, что наиболее распространенной причиной последнего является не фундаментальное изменение внутренней стоимости актива, а решение инвестора продать актив в неподходящее время. Способ получения прибыли для любого данного актива имеет решающее значение; волатильность заключается не только в изменчивости цены актива, но и в том, как эти колебания влияют на поведение инвесторов и результирующую стоимость.


Поскольку волатильность является несколько расплывчатым понятием, стоит рассмотреть, что движет колебаниями цен на активы. Я склоняюсь к трем причинам:


1) изменение фундаментальной стоимости актива;


2) неопределенность относительно фундаментальной стоимости актива и наша поведенческая реакция на неопределенность;


3) инвесторы реагируют на поведение других инвесторов (движущая сила) или предполагают, как, по их мнению, поведут себя другие инвесторы. Рынки рефлексивны.


Инвесторы не испытывают волатильность в изоляции, речь идет не об обособленном движении цены – неизбежно возникают сопутствующие истории, которые заманивают нас действовать. Волатильность является цикличной; она создается путем нашего поведения – нашими эмоциональными решениями, нашей недальновидностью, нашими страхами получения убытков, нашими предубеждениями – и, это в свою очередь управляет нашим поведением. Это часто бессмысленно и неприятно, часто не имеет никакого отношения к здравому фундаментальному инвестиционному мышлению, однако это реальность, и это имеет значение.


В дополнение к поведенческому характеру волатильности, она также в значительной степени зависит от таких факторов, как цена актива и то, как он торгуется. Возьмем пример этого, давайте предположим, что индекс S&P 500 представлен пятилетним графиком, и базовые компоненты переоцениваются ежеквартально на основе какой-либо методологии дисконтирования денежных потоков. Учитывая, что предприятия идентичны, будет ли риск отличаться от рыночной цены, на графике, который мы имеем сегодня? Почти наверняка волатильность будет значительно ниже*.


Кто–то из сторонников «необратимого обесценивания капитала «, вероятно, будет утверждать, что это доказывает недостаток использования волатильности как меры риска — одни и те же активы могут демонстрировать разные уровни риска, если судить по их волатильности, просто изменяясь, под влиянием рынка (торговля, оценка). Однако идея, что волатильность следует игнорировать, поскольку речь идет не только о фундаментальных характеристиках актива, оказывается ложной – разумная теоретическая концепция, которая не соответствует действительности. Инвесторы переживают колебания цен, когда удерживают инвестиции, что имеет существенные последствия на их поведение и процесс принятия решений.


Волатильность является неполным показателем риска, особенно в отношении распределенных по классам активов (нестандартно) и предположений относительно корреляции. Она, также, ретроспективна, и нечувствительна к оценке. Есть, конечно, ограничения в следующих случаях:

– Инвестиции со значительным риском (например, продажа страховых полисов). Волатильность является плохим показателем потенциального риска в таких ситуациях.


— Недиверсифицированные портфели с высоким своеобразным риском.


— Активы с медленным ценообразованием, такие как частная собственность и частный капитал. Активы, которые неликвидны или не торгуются ежедневно, часто выгодны из-за интересных коэффициентов Шарпа, просто потому, что волатильность подавлена по отношению к более часто торгуемым аналогам. Это некорректное сравнение. Существует, конечно, поведенческая премия, применительно к неликвидным активам, потому что труднее принимать глупые решения, когда вы не можете торговать.


Мы должны проводить измерения, соединяя инвестиционный риск с какой-либо конкретной метрикой, она сильно зависит от человека, окружения, инструмента и активов. Каждый метод, который мы используем, будет иметь ограничения, возьмем следующие два примера:


1) предположим, что долгосрочная волатильность мировых фондовых рынков составляет 17%, и вы делаете инвестиции, когда волатильность была 17% в течение предыдущих трех лет. В последующий трехлетний период мировой рынок вырос на 50% (в основном за счет изменения оценки) с реализованной волатильностью 14%. Учитывая, что историческая волатильность (за три года) ниже, чем, когда вы делали свои инвестиции, снижается ли риск, при прочих равных условиях? Дана оценка значительно выше, будет трудно сделать вывод в этом случае, хотя использование простой (краткосрочной) исторической волатильности предполагало бы это.


2) вероятность реализации убытка в течение 30-летнего периода владения для мировых фондовых рынков низка; с точки зрения необратимого обесценивания капитала означает ли это, что для тех, кто имеет 30-летний период владения акциями почти отсутствует риск? **


Так думать подсказывает то, что распределение и результат прибыли не имеют значения, как и то, как инвестор может реагировать на эти факторы.


Инвестиционный риск расплывчатое понятие и его трудно определить – нет безупречных средств его оценки. Волатильность, безусловно, имеет недостатки, и это не «риск», но может быть важной мерой риска. Никогда не следует рассматривать риск исключительно через призму волатильности, но игнорировать его столь же наивно – необратимая потери капитала является поведенческим феноменом, обусловленным как индивидуальной реакцией человека на колебания цен, так и фундаментальной стоимостью любого актива.


*Теперь мы имеем больший риск ликвидности.
** Конечно, 30-летний временной горизонт является таким только в течение одного года, затем он становится 29-летним горизонтом.


Пожалуйста, обратите внимание, что все мнения, выраженные в этой статье, являются моими собственными и не обязательно разделяются моим работодателем.

   

Источник: behaviouralinvestment.com

(Перевод: «Акционер XXI века»)

Оценить статью:
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (18 оценок, среднее: 5,00 из 5)

Загрузка...

Другие статьи на эту тему:

Когда волатильность приравнивается к риску?

Управление рисками необратимого обесценивания капитала

Как потерять деньги на фондовом рынке: 5 основных ошибок

Надежда, страх и жадность

Рискованное дело

Жизненный цикл жадности и страха

Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *