Мне нужно кое в чем признаться. Я хочу, чтобы когда-нибудь моя компания называлась «Katsenelson и дети». Не обязательно, чтобы это было ее официальное название, но я хочу работать со своими детьми. Я хочу, чтобы мои дети стали стоимостными инвесторами. Я знаю, что должен желать, чтобы они стали врачами или физиками-ядерщиками. Может быть, если ты посмотришь на меня по Фрейду, то ты скажешь мне, что это мое желание — не дать детям уйти.
Но я не хочу склонять их к инвестированию, если они не будут его сильно любить. Я хочу, чтобы они были счастливы […]
